Айкидо




Рюшинкан
Рюшинкан
[Говорят мастера]
Оригинал статьи

Тридцать лет Рюшинкан

Перевод: Виктор Замуруев
// Источник: B.A.F. Newsletter, Май 2004, No 47

Это был именно Chiba Сэнсэй, Технический Директор Айкикай Великобритании (позже переименованная в Британскую Федерацию Айкидо), возглавлявший организацию с момента основания в 1968 году до 1976 года, кто вдохновил Канэцука Сэнсэя открыть свой собственный додзё в Лондоне и кто предложил название Рюшинкан, что означает "непринуждённое сознание". Итак, в 1973 году, Канэцука Сэнсей открывает додзё в помещении известного дзюдоистского додзё Renshuden на Albany Street, рядом с Риджент Парком.

Ниже Birge Sorensen из Норвегии и Peter Goldsbury (теперь профессор Университета Хиросимы) вспоминают ранние годы додзё Рюшинкан.

Рюшинкан: осень 1976 - весна 1977
Birge Sorensen: эпизоды интересного полугодия

Дзюдо против Айкидо

По моём прибытии в сентябре 1976 года в Лондон, я намеревался заниматься дзюдо как минимум 5-6 раз в неделю. Случилось так, что ввиду большого расстояния я мог посещать занятия лишь три раза в неделю. Среди других дзюдоистских клубов, я посетил клуб дзюдо, находившийся в той же бывшей церкви, что и Рюшинкан, на Albany Street, рядом со станцией метро Great Portland Street. Выглядело всё весьма интересно: додзё был полон обладателей чёрных поясов по дзюдо, многие из которых, по-видимому, были тяжеловесами. Но наверху всё было ещё более интересно - японский джентльмен в тёмно-синей "юбке" (хакама) раскидывал по залу учеников, преимущественно с белыми поясами, а те после такого обхождения с ними вставали без видимых повреждений. Очень впечатляюще! Я решил узнать об этом побольше, и сел в зале дожидаться окончания тренировки. У меня не было много вопросов, но самым важным был: сколько раз в неделю можно этим заниматься? И ответ Сэнсэя был ещё более вдохновляющим: семь дней в неделю, причём трижды в неделю по два занятия в день.

Практика Мисоги

Третья практика Айкидо: Нужно освоить множество разных привычек: поклоны при входе в додзё, при входе на татами, перед тем как взяться за руку партнёра; произносить некие звуки, похожие на "domo" после того, как вашу руку почти полностью открутили. Новые движения, некоторые повторяемые пару раз - как танец, некоторые как заячьи прыжки, повторяемые довольно долго; или упражнение, при котором в течение 45 минут поднимаешь и опускаешь руки вверх-вниз, и то же самое, только с некоей деревяшкой, похожей на меч, громко при этом крича. По завершении этих упражнений последовало другое, ещё более странное: зелёный чай с тёплым сакэ, сидя по-японски на татами, с ноющими ногами. Было здорово вот так сидеть, наслаждаться спокойствием, а так же узнать, что данное упражнение не является регулярным.

Za-zen

Кроме всего прочего, Канэцука Сэнсэй всегда был и остаётся настоящим энтузиастом. Жизнь коротка, поэтому нужно усердно трудиться и многое делать. И как прилежный ученик, почти каждое субботнее утро, с 6.00 до 7.30, я практиковал za-zen, затем следовали 20 минут jo- или aiki-ken. Иногда эти занятия проводил Канэцука Сэнсэй, а иногда Fukuda Сэнсэй; а иногда мы просто сидели сами по себе. Временами za-zen очень сложно выполнять, а временами - это настоящее удовольствие. Количество сложных сидячих поз явно было бы меньше, не будь у нас привычки посещать вечерами по пятницам пивной бар. Тем не менее, те трудные утренние часы были не так уж и сложны, когда занятия проводил Fukuda Сэнсэй, помогая нам оставаться бодрыми при помощи своего мягкого kyosoku.

Аттестация
Канэцука Сэнсэй выполняет динамичный Kokyu-nage с Биргом Сёрсеном в качестве укэ.
Канэцука Сэнсэй выполняет динамичный Kokyu-nage с Биргом Сёрсеном в качестве укэ

Все знают, что аттестация это всегда вызов, и аттестация в Рюшинкан в те времена не была исключением. Как то раз во время одной из обеденных тренировок, Канэцука Сэнсэй на половине занятия прервал тренировку и объявил, что пришло время для аттестации. Все были в ужасе: у кого будет аттестация? Не было никакой подготовки, да и присутствовало в зале лишь несколько человек. Нас построили в линию для torifune, shikko и ukemi, за которыми последовала демонстрация базовых принципов и бросков. Некоторым из нас велели остановиться, сесть в seiza и смотреть, а аттестация всё продолжалась и продолжалась. Только через двадцать минут после того, как тренировка должна была закончиться, Сэнсэй наконец воскликнул «Yame!», и сказал тем, кто сидел на татами: «Пожалуйста, приходите на вечернюю тренировку - надо много чего ещё отработать!» Мои взмокшие от пота соученики поклонились и произнесли «Хай!».

Фотосессия

Однажды, режиссёр фильма о Джеймсе Бонде Mike Wilson, согласился с Канэцука Сэнсэем, что следует как-нибудь снять одну из вечерних тренировок. Это событие было анонсировано несколько раз, поэтому, когда в конце зимы 1977 года оно всё же состоялось, все мы были весьма возбуждены, а Сэнсэй был очень доволен. Так что мне с моими товарищами было велено прийти в 5.30 вечера - на час раньше, чем обычно, и начать разминаться. Сэнсэй пришёл вовремя и наша тренировка проходила как обычно, ну может быть со слегка приподнятым настроем; проводились различные техники (ikkyo, nikyo, sankyo и т.д.), разнообразные бросковые техники, по большей части henka-waza. Позже мы перешли к техникам с оружием, используя танто, боккэн и дзё и их комбинациям. С некоторыми из них мы были знакомы, другие же мы видели впервые.

Без сомнения, 5-часовая (!) тренировка нас несколько утомила. В конце концов Mike Wilson попросил нас остановиться и расслабиться. Это были самые прекрасные слова, которые можно было услышать - к этому моменту мы уже израсходовали все наши запасы воды и гликогена; а как минимум один из нас и все свои запасы еды.

Несмотря на поздний вечер (и отсутствие пива!), мы все были заворожены профессионализмом Майка Вилсона, тем, как он шаг за шагом применял метод извлечения и высвечивания ключевых движений Айкидо.

Первые дни Рюшинкан
от Питера Голдсбери

Я стал постоянным членом Рюшинкан что-то около 1975 года, когда я стал студентом-очником находящегося по соседству лондонского University College (UCL), где я также стал членом клуба UCL. К тому времени у меня был уже некий опыт Айкидо - я занимался у нескольких учителей, и пытался собрать весь мой тренировочный опыт и ощущения от Айкидо в одну психофизическую систему, в которой я мог бы связать весь этот разрозненный опыт, полученный от разных учителей. Но при этом я не имел возможности оставаться долгое время в каком-нибудь одном месте, чтобы быть уверенным, что эта моя система крепка и выстроена на надёжном фундаменте. Однако даже после 20 лет тренировок в Японии, я уверен, что те 5 лет, что я провёл в Рюшинкане, дали мне эту необходимую систему, и за это я должен благодарить Канэцука Сэнсэя.

Я встретился с Канэцука Сэнсэем несколькими годами ранее, в додзё Aikikai of Great Britain (AGB) в Чисвике. В то время я жил в США, Chiba Сэнсэй вернулся в Японию, а Канэцука Сэнсэй стал Техническим Директором того, что впоследствии стало B.A.F. (Британская Федерация Айкидо). Конечно, с изменением статуса возникли определённые проблемы, но мы, ученики Рюшинкана, всегда твёрдо знали, что именно наш додзё был базой Сэнсэя, его домашним додзё, его лабораторией Айкидо, где он оттачивал свои техники и методологию преподавания.

Тренировки Рюшинкан проходили на втором этаже дзюдоистского додзё на Albany Street. Некоторые имена из того времени до сих пор приходят мне на память: бородатый Barry, также тренировавшийся в University College, Marian, которая позже стала его женой, «длинный» Roger, Francis (изучавший ещё и tai-chi), Ross, один иранский yudansha, который любил использовать меня в качестве своего укэ, Nigel, которому нравилось атаковать «по-настоящему», водитель такси Eric, Doreen, служившая в полиции, братья Helsby, и конечно же, Birge, Bjorn-Erik и Kare из Норвегии. Я думаю, что мы хорошо ладили между собой на каждом занятии, и, разумеется, продолжали наши встречи в пивном баре через дорогу, как раз напротив додзё. Мы стали по-настоящему сплочённой, спаянной группой и вместе проходили через все радости, огорчения, и, что немаловажно, трудности наших тренировок. Я думаю, что те из нас, постоянных членов, которые тренировались ежедневно, как нам кажется, близко подошли к тому духу uchi-deshu, который, как мы слышали, царит в Хомбу.

Додзё был компактным, а рядом со входом, у края татами была установлена макивара. По вечерам, первая тренировка обычно была базовой, которая обычно начиналась с suwari-waza shomen-uchi ikkyo, но на второй тренировке для отработки субури иногда применялась макивара, где на одной стороне Канэцука Сэнсэй задавал темп, а на другой стороне ученики старались не отставать. Во время моего пребывания в Рюшинкане, я начал уже сам проводить тренировки, и мне пришлось пользоваться ежедневником додзё. В этот ежедневник следовало заносить каждую пройденную технику с комментариями о простоте или сложности её преподавания. Это было очень полезной педагогической практикой.

Вот наиболее яркие моменты из того времени, что я провёл, тренируясь в Рюшинкане:

•  Сессии za-zen, проводимые по субботним утрам мистером Fukuda, за которыми обычно следовали тренировки с оружием. Данные тренировки обычно проводили японские deshi Katsuki или Tanaka-san. За этими тренировками неизбежно следовал очень обильный, вкусный, но при этом абсолютно нездоровый завтрак в некоей не очень чистой столовке рядом со станцией метро Tottenham Court Road, где Katsuki и Tanaka-san уплетали огромные порции яичницы, бекона, шампиньонов и т.д. и т.п.

•  Поездки на курсы выходного дня. Обычно следовали за субботней тренировкой, но без завтрака. Транспортом служил очень простой, но зато очень дешёвый микроавтобус университета UCL. Только я и Michael O'Callaghan имели право управлять этим 18-местным Фордом Транзит, и, поэтому, мне приходилось вести автобус туда, проводить тренировку, и затем везти всех обратно из мест, вроде Бирмингема, Ньюкасла или Ливерпуля. Я помню, как однажды проснулся за рулём на обратном пути на трассе М1 во время мокрого снегопада, все вокруг спали, а я был единственным, кто по идее спать не должен был. Мы остановились, и кого-то делегировали болтать весь обратный путь до Лондона. По-моему, это была Marian.

•  Класс каратэ, который вёл Kanazawa Hirokazu Сэнсэй; он был наставником Канэцука Сэнсэя, когда тот ещё учился в Университете Takushoku. К тому времени мы уже иногда отрабатывали техники от ударов, а кто мог лучше обучить ударам, если не сихан карате?

•  Год, проведённый Sekiya Сэнсэем в Англии. Он открыл нам новый мир Айкидо. Говоря это, я ни коим образом не хочу преуменьшить всё то, чему обучил нас Канэцука Сэнсэй. Живя в Японии, я понял, что Айкидо по большей части единоличный спорт. Именно ученик, а не учитель несёт большую ответственность в освоении Айкидо (хотя уровень преподавательского мастерства учителя тоже очень важен), но за год пребывания в Англии Sekiya Сэнсэя, нам открыли совершенно новое видение Айкидо. На практике, это усилило освоенные нами ранее основы, но на базе практики работы с мечом по Kashima-Shin-ryu.

С тех пор, как в 1980 году я покинул Англию, у меня не было возможности повторить те сильные переживания, которые были у меня в Рюшинкане (хотя я был очень рад встретить в 2002 году в Стокгольме Бирга и предаться с ним ностальгии). Как бы то ни было, Канэцука Сэнсэй изменился, Рюшинкан изменился, изменился и я. Но занятия Айкидо всегда имели крепкую историческую основу: это никогда не было в чистом виде изучением техники, но изучением техники от кого-то, кто показывает её определённым образом в определённое время, и изучением той же техники в другом виде в другое время.

Я очень рад поздравить Канэцука Сэнсэя и Рюшинкан с тридцатым днём рождения. Ad multos annos!

Kanetsuka Sensei in the Ryushinkan Dojo in 1977.
Канэцука Сэнсэй в додзё Рюшинкан в 1977.
 
© Рюсинкан.ру По всем вопросам и пожеланиям пишите через обратную связь